Читаем 24 часа полностью

– Смотри сюда, Джо! – холодно велела Карен. – И не делай резких движений. Дернешься – тут же потеряешь предмет своей гордости…

Брюшные мышцы напряглись: похититель поднял голову.

– Что? Не знаю, чем ты там занимаешься, но мне больно.

– Держу скальпель у твоего пениса. – Карен приготовилась: сейчас он испугается и резко отпрянет. – Пошевелиться боишься, правда, Джо?

За долю секунды смущение в карих глазах уступило место шоку. Увидев скальпель, похититель наконец понял, в чем дело. Пропахшее табаком тело напряглось, Хики будто окаменел.

– Какого ч-ч… – громким шепотом начал он, поднял руку, чтобы ударить зарвавшуюся нахалку, но духу не хватило. Заглянув в глаза, Карен увидела страх, потрескивающий в них слабыми электрическими разрядами. Абсолютная власть пьянила и кружила голову: всего несколько секунд – и из дрожащей от ужаса жертвы она превратилась в хозяйку положения. Приставь Карен к его виску пушку, Хики рассмеялся бы ей в лицо, а вот возможность лишиться мужского достоинства не на шутку напугала. Нетрудно представить, как бешено колотится его сердце.

– Это скальпель номер десять из набора от «Бард-Паркер», – объявила Карен. – Мы им обычно занозы вырезаем, но твои причиндалы я отсеку с такой же легкостью и огромным удовольствием. Да ты и боли почти не почувствуешь… Так, небольшое жжение…

– Я тебя убью, – без всякого выражения проговорил Хики. – И твою девчонку тоже.

Скальпель вонзился еще на миллиметр. Потекла кровь.

– Подожди! – перекосившись от страха, заорал Хики. Его лицо стало смертельно бледным.

– Ты теряешь кровь, Джо, так что слушай внимательно. Сейчас возьмешь трубку, позвонишь двоюродному брату и велишь немедленно привезти сюда Эбби.

Темные глаза метались от лица Карен к лезвию.

– Ты не посмеешь… Только попробуй, и твоя дочка умрет.

– Еще как посмею! – Сердце то колотится как бешеное, то судорожно замирает, только бы в самый важный момент не остановилось… – Еще как посмею, а ты, если выживешь, до конца жизни будешь писать через катетер. Женщинам больше не придется ходить рогаткой или давиться, когда ты вставляешь по самые гланды!

Ей показалось, или в карих глазах действительно мелькнул страх? Так или иначе, Хики мгновенно с собой справился.

– Да у тебя рука дрожит… Неужели не чувствуешь?

– Давай звони!

– Чертовы бабы, собственной тени боитесь…

В циничных словах было нечто, разбередившее старые раны Карен. В лице мерзкого похитителя она всем мужчинам мира отомстит! Левая рука машинально сжала пенис Джо, да так сильно, что он стал синюшно-багровым.

– Знаешь, я шесть лет операционной медсестрой проработала. Так что мне тебя кастрировать, что индейку на Рождество разделать. Я не Лорена Боббитт,[4] и дружка твоего на место ни один кудесник не пришьет. Отгадай почему? Потому что, пока ты мажешь кровью мои перкалевые простыни, брошу его в миксер и нажму на кнопку. Так что звони, мать твою!

– Успокойся! – Хики схватил телефон, лежащий на прикроватном столике. – Видишь, уже номер набираю! – Грубые пальцы бестолково тыкали резиновые кнопки. – Что сказать?

Карен захлебывалась от звериной злости. Так здорово держать мужчину у ногтя – тело трепетало, будто после четырех сетов бешеного тенниса. Крови, до чего же ей хочется крови!

– Скажи, что уже получил выкуп. Пусть посадит Эбби в машину и привезет сюда!

– Хьюи не послушает. Раньше мы никогда так не делали, и он сразу поймет: что-то не так.

– А ты утверждал: он беспрекословно тебе подчиняется!

Лицо Хики вытянулось от изумления.

– Хьюи не отвечает…

– Ты не тот номер набрал!

– Тот самый, Богом клянусь!

– Так почему не отвечает?

– Откуда мне знать?

– Набирай снова! – Лезвие вонзилось еще глубже. Кровь уже не капала, а текла тонким ручейком.

– Черт, да подожди ты! – Джо нажал на кнопку повтора номера и стал ждать ответа.

Нервы Карен напряглись до предела. Хики под контролем, но зачем этот контроль, если Хьюи не отвечает?

– Он трубку не берет! – Джо испугался настолько, что на секунду забыл о впившемся в пенис скальпеле. – Какого черта?!

– Твой брат ведь всегда отвечал… Что на этот раз случилось?

– А я почем знаю? Он ведь тормоз, гребаный тормоз! Слушай, может, уберешь нож? Тогда вместе подумаем, что там случилось…

– Заткнись! – рявкнула женщина. – Дай с мыслями собраться…

– Что ты собираешься предпринять? Нельзя же так всю ночь сидеть!

– Я сказала: заткнись!

– Ладно… Пока думаешь, может, минетик сделаешь? Все равно ведь собиралась!

У Карен челюсть отвисла от такой наглости, а Хики, моментально воспользовавшись ее замешательством, ударил сотовым по виску.

* * *

Обойдя вокруг полянки, Хьюи вернулся к лачуге. Надеясь вспугнуть девочку, он то и дело тыкал палкой в кусты, а потом зашагал по уходящей в лес дорожке. С каждой секундой грозный голос все тише…

Присевшей на корточки Эбби повсюду мерещились скользкие извивающиеся змеи. По ногам ползали жуки, на обнаженных руках и лице пировали комары. Отгонять их малышка не решалась: если Хьюи услышит, тут же вернется на полянку и найдет. Вот бы на дерево залезть! Нельзя, слишком много шума… Тем более змеи умеют лазать по деревьям, хотя спят, кажется, в норках.