Читаем 24 часа полностью

– Тебе не разрешали выбирать клиентов?

– Клиентов? – хрипло рассмеялась Шерил. – Я не в адвокатской конторе работала! У шлюх не клиенты, а члены, и я их не выбирала, потому что знала: откажусь – не получу бонус.

– Какой еще бонус? Кокаин?

– Мой сутенер говорил: на деле мы дурь на дурь меняем!

– А Джо вытащил тебя из той жизни?

– Верно! И помог завязать с наркотиками. Самый тяжелый период для нас обоих… Так что хорошенько подумай, прежде чем предложишь мне предать или продать Джо. Даже если он время от времени распускает руки, по-твоему, мне не все равно?

– По-моему, нет. Это не любовь, и ты не обязана всю жизнь быть рабыней Хики только потому, что он помог слезть с иглы. Ты заслуживаешь счастья не меньше, чем любая другая девушка.

Шерил покачала головой с таким видом, будто слушала шумно нахваливающего товар продавца.

– Отчим постоянно говорил: человек получает от жизни то, что заслуживает.

– Извини, но, похоже, он был настоящим кретином.

Блондинка невесело рассмеялась:

– Это точно! Ты ходишь к проституткам?

– Нет.

– Ну разве кто в этом признается? Хотя тебе я верю, похоже, ты один из редких чудиков, что родились быть мужьями.

– И отцами.

Шерил болезненно поморщилась.

– У тебя есть дети? – спросил Уилл.

– Эта тема закрыта.

– Почему?

– Ну, скажем так: я залетала столько раз, что больше не получится.

Что это могло означать? Многочисленные аборты? Или один, но неудачный?

– Ты уверена? Знаешь, до анестезиологии я занимался акушерством, сейчас появились новые способы лечения…

– Хватит, не надо больше! – взмолилась Шерил.

– Ну ладно.

Отвернувшись, Уилл подошел к окну. Над заливом висел ущербный месяц, так что где кончается небо и начинается вода, сразу не определишь. Далеко внизу перед зданием отеля виднелись голубой прямоугольник бассейна и бледные пятна гидромассажных ванн. Справа пристань со стилизованным маяком и яхтами, каждая стоит больше миллиона долларов. В небе – россыпь ярких звезд, но ослепительный неон отеля полностью затмевал их молочно-белый свет. Наклонив голову, Уилл увидел отражающуюся в окне Шерил: с совершенно потерянным видом она сидела на кровати, прижимая к груди пистолет.

– Не люблю тратить время попусту и в чужие дела никогда не лезу. Просто очень хотел бы узнать, как ты стала проституткой. Ты не похожа на продажную женщину: слишком свежая, молодая и, видит Бог, красивая. Сколько тебе лет?

– Двадцать шесть.

– А Джо сколько?

– Пятьдесят.

"Двадцать четыре года разницы!"

– Откуда ты?

– Мы что, в "Двадцать вопросов" играем? – вздохнула Шерил.

– А чем еще заняться?

– Я бы с удовольствием выпила…

Уилл подошел к телефону.

– Ты что делаешь? – вскричала блондинка, хватаясь за пистолет.

– Заказываю напитки. Что ты любишь?

– Надеюсь, никакого подвоха… Мне ром с колой.

Позвонив в обслуживание номеров, Дженнингс заказал баккарди, двухлитровую бутылку кока-колы, а для себя чай.

– Ты англичанин? – изумилась девушка.

– Нет, просто люблю чай. – На самом деле Уиллу был нужен кофеин, который поможет пережить то, что его ждет в ближайшие двадцать часов. Хотелось выпить болеутоляющие, чтобы успокоить суставы, но слишком расслабляться ни в коем случае нельзя: сегодня требуется полная концентрация внимания.

– Так откуда ты? – снова спросил Уилл.

– Ниоткуда и отовсюду одновременно.

– Как это?

– Отец был военным: когда я была маленькая, мы с родителями много переезжали.

– Моя жена росла точно так же. Все детство на колесах.

– Не думаю, что точно так же. Наверное, она была дочерью полковника.

– Нет, мастер-сержанта.

– Правда? А мой отец был командиром орудия, по крайней мере мне так сказали. Похоже, он где-то напортачил, потому что во Вьетнам его так и не послали. Злобу и недовольство он постоянно срывал на маме, и в конце концов она от него ушла. Мы уехали в ее родной городок, Богом забытое место в округе Мэрион. Там маменька и подцепила моего отчима. – Голубые глаза стали тусклыми и безжизненными. – Мне было тогда десять – вот уж началась новая жизнь. Мама отчиму быстро надоела, и он стал лезть ко мне. Я пыталась жаловаться, но она и слушать не желала: очень боялась снова остаться одна. В результате, едва справив шестнадцатый день рождения, я сбежала из дому.

– Куда ты поехала?

– Моя подруга поступила в колледж и вместе с двумя другими девушками снимала квартиру в Джексоне. Пару недель я болталась с ней и устроилась работать официанткой. Платили мало, так что свою долю аренды я едва наскребала, и соседки по квартире дико злились. Одна из них танцевала в ночном клубе и за ночь зарабатывала по три сотни. Чистыми, представляешь? Пару раз мы с подругой ходили на нее смотреть. Все оказалось совсем не так, как я думала. То есть некоторые мужчины позволяли себе вольности, но ничего унизительного не было. Девушки полностью контролировали ситуацию, ну или почти полностью. По крайней мере так выглядело со стороны.

– И ты стала стриптизершей?