Читаем 24 часа полностью

Уиллу не особенно нравилось побережье Мексиканского залива. Все здесь какое-то жалкое, ненадежное, безрадостное. Даже воздух душный и желтым гнилым туманом клубится над грязноватым, истерзанным шинами песком и мутной водой. В 1969 году ураган «Камилла» пронесся над прибрежным районом со скоростью триста пятьдесят километров в час, навсегда изменив жизнь Билокси. Уныние сменилось безнадежностью; казалось, лучшие времена миновали навсегда.

Однако через два десятилетия после страшной «Камиллы» в Билокси пришел игорный бизнес, и жизнь вновь изменилась. Сверкающие дворцы удивительной красоты вырастали подобно замкам на песке, создавая тысячи новых рабочих мест и новую сферу обслуживания: ломбарды, заведения типа "Быстрые деньги", в которых можно обналичить продовольственные чеки или заложить машину, чтобы было что спустить за игорными столами. Но вечером здесь царила благодать, лишь яркие огни небоскребов и неоновые (совсем как в Вегасе!) рекламные вывески отражались в темной воде залива, а тысячи машин ползли по прибрежному шоссе, доставляя на растерзание Билокси доверчивых, легковерных и отчаянных.

Один, вдали от дома, Дженнингс чувствовал себя не в своей тарелке. Странная штука эта свобода: езжай куда хочешь, где угодно останавливайся, и никому не нужно ничего объяснять. Хотя полной свобода не была: ждали коллеги, и опаздывать очень не хотелось. Нажав на газ, Уилл решил: в такой ситуации вполне можно превысить скорость.

Чем ближе казино, тем медленнее ползли машины, но, слава Богу, вдали уже показались огромные золотые буквы "Бо риваж", ярко сверкающие в последних лучах догорающего солнца. Свернув с шоссе, Дженнингс въехал на территорию отеля-казино, страшно благодарный администрации за носильщиков, которые уже ждали на стоянке, чтобы отнести его багаж. Взяв кейс с ноутбуком и чемоданчик с образцами, Уилл отдал ключи швейцару и, толкнув массивную дверь, вошел в фойе.

По роскоши интерьер отеля "Бо риваж" мог состязаться с лучшими казино Лас-Вегаса времен господства итальянской мафии. По всей вероятности, основной идеей было воссоздание атмосферы довоенного Юга, но Уиллу отель-казино показался странной помесью Диснейленда и высоток Дональда Трампа. Любителей азартных игр столько, что яблоку негде упасть. С трудом пробравшись к стойке администратора, Уилл назвал свое имя. Каково же было его удивление, когда высокий худой мужчина встал из-за конторки и пожал ему руку. Судя по бейджу, его фамилия была Готро.

– Доктор Дженнингс, ваши коллеги уже начали волноваться, – робко улыбнулся администратор.

– Послеобеденная операция немного затянулась, – пояснил Уилл и постучал по кейсу с ноутбуком. – К выступлению я готов, только душ принять хочу.

Готро протянул конверт с электронным ключом:

– Ваш номер на двадцать восьмом этаже, доктор, Кипарисовый люкс, почти сто квадратных метров. Доктор Стайн велел принять вас по высшему разряду. – Сол Стайн был уходящим в отставку президентом Медицинской ассоциации Миссисипи. – Может, мне все-таки вызвать носильщика, чтобы помог вам с вещами?

Дженнингс выдавил улыбку: ну вот, частная информация предана огласке. Нетрудно представить, как доктор Стайн рассказывает Готро о его артрите: мол, не позволяйте ему ничего тяжелее ключа поднимать. Естественно, Сол хотел как лучше…

– Спасибо, не нужно. – Уилл постучал по чемоданчику. – Здесь у меня ценный груз.

– Консультант по аудио– и видеоаппаратуре уже ждет в Магнолиевом зале. Лифты для VIP-гостей справа от ювелирного салона. Если что-то понадобится, звоните и спрашивайте меня…

– Да, обязательно, спасибо большое!

Уилл шел к лифтам, когда его окликнул крупный мужчина лет сорока, сидевший в баре по левую сторону от фойе. Джексон Эверетт, старинный приятель из университета! На Эверетте были шорты и пестрая рубашка с коротким рукавом, в руках высокий бокал с коктейлем.

– Уилл Дженнингс, сколько лет, сколько зим! – прогудел он, мигом пересек фойе и похлопал Уилла по спине. Острая боль тут же пронзила позвоночник. – Парень, да мы с тобой с турнира в Аннандейле не виделись! Как жизнь? Как Карен?

– На этот раз дома осталась, какие-то дела в Женском клубе. Джек, ты тоже только что приехал?

– Шутишь? Я еще позавчера прилетел, чтобы в гольф немного поиграть. Говорят, ты сегодня делаешь доклад?

Дженнингс кивнул.

– Слушай, раз ты без Карен, пошли вместе в казино, в рулетку поиграем!

– Пожалуй, сегодня я пас. У меня после обеда операция была, потом перелет… Короче, с ног валюсь.

– Это женщины, от них все беды, – пожаловался Эверетт. – Парень, нам для себя пожить некогда!

Уилл засмеялся:

– Давай завтра выпьем пива и поболтаем!

– А руки как? С восемнадцатью лунками справишься?

– Не знаю… Клюшки привез, остается только проверить.

– Надеюсь, справишься. Постарайся не усыпить нас сегодня, ладно?

– Ну, Джек, я же анестезиолог, кого угодно усыпить могу.

Эверетт скорчил выразительную гримасу и, потягивая коктейль, пошел обратно в бар.