Читаем 2008_5 (554) полностью

«Что касается так называемой передовой интеллигенции, то она смотрела на войну как на время, удобное для достижения своей цели. Эта цель состояла в том, чтобы сломить существующий режим и взамен ему создать свободное государство. Так как достигнуть этого при победоносной войне было, очевидно, труднее, чем во время войны неудачной, то наши радикалы не только желали поражений, но и стремились их вызвать. С этой целью велась пропаганда между запасными, войска засыпались прокламациями, устраивались стачки на военных заводах и железных дорогах, организовывались всевозможные бунты и аграрные беспорядки. Поражениям армии открыто радовались».

А как вся эта сытая интеллигентствующая сволочь издевалась над русскими солдатами, сражавшимися за свою Родину, хорошо видно из статьи боевого офицера, напечатанной в 1905 году в «Русском инвалиде»:

«Шестнадцать месяцев тревог, волнений, страшных лишений, бесконечно ужасных, потрясающих картин, способных свести человека с ума; щемящее чувство боли от незаслуженных обид, оскорблений, потоков грязи, вылитых частью прессы на нашу армию, безропотно погибающую на полях Манчжурии; оскорбление раненых офицеров на улицах Петербурга толпою; презрительное снисхождение нашей интеллигенции к жалким, потерпевшим по своей же глупости вернувшимся с войны – все это промелькнуло передо мной, оставив след какой-то горечи…

Вы радовались нашим поражениям, рассчитывая, что они ведут вас к освободительным реформам. Вы систематически развращали прокламациями наших солдат, подрывая в них дисциплину и уважение к офицерам».

ЗАЧЕМ ЖЕ СВЯТОПОЛК-МИРСКИЙ УЧИНИЛ КРОВАВУЮ РАСПРАВУ НАД МИРНОЙ ДЕМОНСТРАЦИЕЙ?

Факты неопровержимо свидетельствуют, что расстрел рабочих на улицах столицы был намеренно спровоцирован приказом министра внутренних дел. Однако сразу возникает вопрос, зачем Мирскому понадобились кровавые события 9 января. Ведь хорошо известно, что князь придерживался либеральных воззрений и был сторонником глубоких политических реформ, поэтому его сразу же можно исключить из списка лиц, желавших запугать противников самодержавия. Трудно объяснить принятое Мирским решение и желанием министра выслужиться перед царем. Достаточно вспомнить, что Петр Дмитриевич неоднократно подавал прошение об отставке, обусловленное расхождениями с Николаем II во взглядах на государственные реформы.

Свою деятельность на посту министра внутренних дел Мирский начал с частичной амнистии заключенных, сокращения административных репрессий и ослабления давления на прессу. Московский обер-полицмейстер Трепов охарактеризовал начатую Мирским политику как эру всеобщего попустительства. В результате, испугавшись слишком уж радикальных идей своего назначенца, Николай II попытался остановить образовавшийся либеральный крен внутренней политики и 9 октября 1904 года указует: «...чтобы поняли, что никаких перемен не будет».

Возросшее сопротивление либеральному курсу вынудило Мирского 21 ноября обратиться к императору с прошением об отставке, которая, однако, не была принята. В ответ на это во время аудиенции у императора министр фактически угрожал царю возможностью революции в России:

«Если не сделать либеральные реформы и не удовлетворить вполне естественных желаний всех, то перемены будут и уже в виде революции».

24 ноября Мирский делает еще одну попытку надавить на царя и подает ему свой «Всеподданнейший доклад о необходимости реформ государственных и земских учреждений и законодательства», где, в частности, подчеркивалось, что:

«Общественное развитие страны переросло административные формы и приемы, доселе применявшиеся, и общество не подчиняется более в достаточной мере их воздействию…

Правительству надлежит, отказавшись от мысли переломить общественное движение мерами полицейскими, твердо взять его в свои руки».

Тем не менее, в указе императора Правительствующему Сенату от 12 декабря большинство этих предложений было отвергнуто. В результате Мирский вновь подал прошение об отставке. На сей раз Николай II ее принял, но с условием отсрочки до назначения нового министра.

Так что надежды либералов на то, что царь сам пойдет на реформирование самодержавия и передаст фактическую власть в стране в руки буржуазии, рушились буквально на глазах. В этих условиях либералы пошли на крайнюю меру –  организацию политической провокации, направленной на подрыв веры широких народных масс в доброго и справедливого царя. Именно для этого и понадобилось демонстративная стрельба в людей, несших иконы и портреты царя.

Разумеется, это был заговор, в котором Святополк-Мирский не играл, да и не мог играть ведущей роли. Судя по всему, во главе заговора стояла гораздо более крупная политическая фигура всесильного председателя комитета министров Витте. Так, например, вот что в этой связи пишет министр финансов Коковцев:

«Витте не мог не знать обо всех приготовлениях, так как Кн. Святополк-Мирский советовался с ним буквально о каждом своем шаге…

У С.Ю. Витте, несомненно, была чрезвычайно развитая агентура, освещавшая ему положение среди рабочих…