— Есть старая цыганская пословица: «Удаль карлика в том, чтобы высоко плюнуть… Я люблю писать. Не понимаю тех, кто за уши тащит себя работать. Не хочешь — так и не пиши. Я пишу, потому что это удовлетворяет моё честолюбие, в этом я самоутверждаюсь. И ещё это мне здорово нравится.

Как говорил Лев Толстой, «как нехорошо — эта страсть к писательству!»

Михаил Веллер взял ныне от зомбированного общества суперприз, как в том анекдоте: собери 15 чугунных крышек с буквой «М» от канализационных люков — и получи по морде от работников Мосводоканала!

— Терпеть не могу граммофонов! — грустно сознался Антон Павлович Чехов. — Они говорят и поют, ничего не чувствуя. И всё у них карикатурно выходит, мёртво.

«Я должен был — и я дошёл. Я смог. Один из всех. Супермен. Авантюрист. Только так могло быть, не могло быть иначе», — говорит нам великий Михаил И. Веллер. Ша.

Гестапо перехватило шифровку: «Юстас, вы осёл. Алекс». Только Штирлиц мог понять, что ему присвоено звание Героя Советского Союза.

А за Пушкина, гад, ответишь. Как говорил мой знакомый (покойник): «Ты слишком много знал».

Наталья ЕРМОЛАЕВА

СТРАШНАЯ СКАЗКА

За высокими горами да за синими морями, против неба на земле жила-была славная страна Охохония. До того велика она была, что ее пехом не пройти и летом не пролететь. Господь Бог не обидел ее, щедро одарив и широкими морями, и быстрыми полноводными реками. На сочнотравных лугах несчитанные стада, в лесах — дичь разнообразная, в озерах глубоких рыбы тьма тьмущая. А под землей — камни-самоцветы, руды богатейшие, жидкости самогорящие…

И жили в этой сказочно богатой стране очень добрые, до глупости доверчивые люди-охияне… Главной бедой их было то, что они рождались такими бестолковыми, что даже собой управлять не могли, а на свой трон заморских царей зазывали. Многих их перевидала Охохония — добрых и злых, умных и полных дуралеев. Одни цари державу укрепляли, границы расширяли, с ворогами многочисленными воевали-сражались. Другие всю жизню в кутежах, пьянках да разврате проводили. А случалось и добро охохонское разворовывали, в заморские земли отправляли. Ох 1-й, по прозвищу «грозный», державу, как мог, укреплял, соседние царства-королевства под свою власть подчинял. С татями разбойниками, ворами государевыми беспощадно разбирался, опальных, норовистых людишек начальных на воротах вздергивал. При Охе 2-м, коего по глупой доверчивости своей на царство кликнули, смута учинилась великая, самозванцев расплодилось видимо-невидимо. Ох З-й-«великий» мужичка кофей заставил пить, бороды нечесаные пообрезал, окно в иноземные страны прорубил, города новые отстроил, с ворогом беспощадно расправлялся и на суше, и на море. Охиянка-грамотейка по охинейски говорила нечисто, но наукам благоволила. С мудрецами иноземными переписку вела. При ней дружина боевая многие победы на поле ратном одержала. Сынок ее, Ох 4-й «придурок», все вопреки заветам материнским совершал, перед порядком заморским на колени падал, совсем было Охохонию на иноземный лад повернул. Да вовремя его свои же придворные блюдолизы живота лишили. Ох 5-й-«освободитель» людишкам кабальным волю объявил, Ох 6-й-«миротворец» супротив войн выступал и других заморских правителей на энто уговаривал…

Не скоро сказка сказывается, не скоро дело делается… Многие годы над Охохонией прошли-пролетели. Наступили новые времена. Охияне долго думали-гадали, а потом враз со старыми царями покончили и порешили новой жизнею жить-поживать, новых царей себе кликнуть. Антиох 1-й-«мудрый» правильную дорогу простым людишкам показал-указал, добро веками нажитое делом нечестным обратно беднякам раздал. Антиох 2-й-«суровый» в страхе держал не токмо своих, но и всех правителей заморских, кои на Охохонию и ее богатства недобро поглядывали. При его правлении самая большая победа над злом вселенским свершилась. Да не дал Бог ему последователей путних, и после его кончины приближенные затеяли драку за власть над страной. Правдами-неправдами победил Антиошка 1-й-«авантюрист». Чего токмо не пережили охияне при энтом правителе-руководителе: и кукурузу заставлял на Севере диком сеять, и башмаком перед послами заморскими по кафедре стучал, и оружием страшным другие народы запугивал, а своим людишкам врал на кажном шагу да цены на хлеб-соль увеличивал.