Читаем 2008_42 (590) полностью

Тому, кто мог противостоять прессу тогдашней пропаганды, анализировать реальные ситуации, а не изображения в СМИ, последствия тогдашних деяний были понятны до начала их осуществления. Из всех возможных вариантов всегда выбирались те, которые могли нанести стране в целом максимальный ущерб и лишь некоторым лицам фантастическое обогащение. Неужели Вы действительно искренне верите, что были сделаны ошибки при стремлении к лучшему, а не преднамеренные злодеяния? Возможно, сам Ельцин и верил в свою высокую миссию. Но он не обладал никакими качествами политика, кроме гипертрофированного властолюбия, и поэтому легко стал марионеткой своего окружения и зарубежных «друзей», цели которых были весьма далеки от блага России.

Вероятно, Ельцин, подписывая злополучный указ, насмотревшись лживых телепередач, уверовал, что депутаты трусы и шкурники, которые тут же разбегутся, а не разбежавшихся можно будет купить. Можно представить его изумление иным ходом событий.

Я не думаю, что Ельцин — кровожадный зверь. Затевая разгон парламента, он, конечно, рассчитывал на легкий успех. Вероятно, он полагал, что депутаты с позором разбегутся, он с триумфом укрепит свою власть, поверженных противников он великодушно простит, и без помех продолжит славно царствовать. Но неожиданная для него почти единодушная приверженность депутатов идеалам демократии и верность в исполнении своих обязанностей спутали все планы.

Блокада парламента — не от хорошей жизни. Но и блокада не сломила упорных защитников Конституции. Общественное мнение все больше склонялось к блокированным. И вот — прорыв блокады восставшим народом. Ельцин, по многим свидетельствам, впал в прострацию и в ночь на 4 октября уже не мог контролировать свои действия. Фактическим руководителем тогда был Черномырдин. Не будем забывать, что этот косноязычный юморист несет немалую долю ответственности за кровавые события 3–4 октября. Вполне допускаю, что если бы Ельцин владел собой в то критическое время, таких ужасов бы не было. Но что было, то было.

Вроде бы победа. Но никакой радости от такой победы нет. Вспоминается показанная по телевидению где-то в середине октября 1993 г. беседа с Ельциным Э. Рязанова. Усталый, надломленный человек, с трудом произносящий вымученные фразы. Да, снились, снились Ельцину «мальчики кровавые».

И эта надломленность уже сохранилась до конца. Жил Ельцин как бы по инерции. Никакого триумфа. Наоборот, позорное поражение на декабрьских выборах. Тогдашний, назначенный самим Ельциным, генеральный прокурор России Алексей Казанник отказывается вести следствие по событиям сентября-октября и демонстративно уходит в отставку. А ведь именно благодаря самоотверженному поступку Казанника, уступившему свое депутатское место в 1990 г., и произошел взлет Ельцина. Создание при Думе комиссии по расследованию событий сентября-октября. Пришлось отпустить всех арестованных «мятежников» в обмен на роспуск этой комиссии. Обещал досрочные президентские выборы весной 1994. Сам обещал, сам и передумал. Чеченская война. Нулевой рейтинг за полгода до выборов. Фальсифицированная победа. Тяжелая болезнь, во время которой фактическая власть у Чубайса. Попытка импичмента, когда за отстранение Ельцина от власти проголосовало 8 депутатов из 10. Дефолт. Да, мечталось совсем о другом. И наконец, мудрый поступок — добровольная отставка за 3 месяца до президентских выборов. Огромная пенсия, привилегии и гарантии. Хоть немножко счастья.

Да, уж если Казанник…

Вот какую характеристику этому преступлению века дал в 1994 году бывший генеральный прокурор Казанник: «Допросив тысячу военнослужащих, мы получили следующие доказательства: никаких мирных переговоров в промежуток времени между событиями 3-го и 4-го октября не велось — был отдан приказ штурмовать немедленно… В паузе между случившимся 3-го и тем, что произошло 4-го октября, никто не предупреждал людей, оставшихся в «Белом доме», о начале обстрела и штурма, то есть доказательства ведения каких-либо переговоров нет. Следовательно, события 4-го октября надо квалифицировать как преступление, совершенное на почве мести, способом, опасным для жизни многих, из низменных побуждений».

Я действительно благодарен Ельцину за то, что он помог окончательно свернуть шею коммунистической заразе в нашей стране. Что в 96 году этот больной старик, почти труп, с инфарктом, по сцене в июльскую жару прыгал, только бы не дать похоронить еще совсем хилые росточки демократии.

Да, зрелище было преотвратное. И смех, и грех. У меня после этого ненависть к Ельцину сменилась жалостью к его персоне. Плачевный финал властолюбца и узурпатора. После 1996 он был даже не марионеткой, а персонажем театра теней. А хилые росточки демократии были убиты осенью 1993.