Читаем 2 Послание к Коринфянам полностью

Происхождение незнакомцев остается одной из больших нерешенных (и не решаемых?) загадок Нового Завета. Анализируя данные самого послания, мы получаем сведения, из которых трудно что–либо предположить. Несомненно, они «Евреи… Израильтяне… Семя Авраамово» (11:22), на основании чего можно сделать вывод, что, подобно Павлу (см.: Флп. 3:5.), они были евреями с глубокими корнями в иудаизме. То факт, что они были «служителями правды» (11:15), позволяет предположить, что служили они еврейскому закону и фарисейству. Снова на ум приходит Павел, когда он пишет о себе: «по правде законной — непорочный» (Флп. 3:6). Его настойчивые заявления о том, что слава Моисея теперь превзойдена, находятся в противоречии с превозношением Моисеева закона незнакомцами (3:7—17). Миссионерская деятельность последних, по мнению Павла, была (еврейским) вторжением в его (языческую) область служения и, следовательно, нарушением договора о ведении миссии, заключенного в Иерусалиме за десять лет до этого. Такую ситуацию не так уж трудно представить, ведь из Послания к Галатам нам известно об иудействующих миссионерах, деятельность которых была направлена по сути, против Павла. Данная Барреттом характеристика незнакомцев как «евреев, иерусалимских евреев, иудействующих евреев» представляется довольно точной и правомерной. Даже их сверхъестественные, экстатические и мистические способности (5:11–13; 12:1–6 [3] [4]) вполне вписываются в еврейский контекст.

Проблема установления происхождения этих «служителей» in к я к тому доброжелательному приему, который был им оказан в Коринфе, особенно теми, кто высоко ценил ораторские способности, то есть теми, кто так критично относился к недостаткам Павла в этой области (10:7—11). Почему эти христиане–евреи так хорошо были приняты (по крайней мере некоторыми) греками из коринфской церкви? Если это были евреи, говорящие по–арамейски, почему Павлу понадобилось использовать приемы греческой риторики («сравнение» и «похвалу»), занимающие центральное место в десятой и одиннадцатой главах? Трудность установления происхождения незнакомцев, о которой свидетельствует отсутствие единого мнения среди ученых, заключается в том, что одни факты указывают на их еврейское происхождение, другие — на греческое, а также на принадлежность греческой культуре.

По поводу этой проблемы следует сделать два замечания. Во–первых, из того, что они «Евреи… Израильтяне… Семя Авраамово», совсем не следует, что говорить они были должны исключительно на арамейском или древнееврейском. Опять–таки, можно вспомнить Павла, который, будучи говорящим по–арамейски «евреем от евреев» (Деян. 21:40; 22:2), знал также греческий и прилично писал на нем. Возможно, недостатки Павла были связаны с его внешним видом и голосом. Возможно также, что они имели отношение к какой–то болезни. Поскольку в письменной греческой речи Павел проявляет немалые риторические способности[5], совсем нетрудно допустить, что палестинские «апостолы» обладали навыками красноречия. Во–вторых, тщательное изучение отрывка, где Павел защищает свою манеру говорить (10:7–11; 11:5,6), позволяет предположить, что Павел скорее отвечает на старую, коринфскую по происхождению критику, а не на замечания о том, что его риторические способности уступают способностям незнакомцев. Проблема, по всей видимости, связана с неназванным критиком Павла, который, будучи уверен в том, что сам является служителем Христа, высказывает недовольство тем, что «в посланиях он [Павел] строг и силен, а в личном присутствии слаб, и речь его незначительна». Он утверждает, что Павел бездействует, находясь с ними, силу же проявляет только в письмах, находясь далеко (10:7— 11). Этот человек, наряду с другими коринфянами, уже на протяжении некоторого времени выражал недовольство Павлом. Прибытие незнакомцев с их мистическими дарами могло спровоцировать нарастание противостояния Павлу со стороны тех группировок коринфской церкви, которые уже были критически к нему настроены.

Павел пишет о «высших Апостолах» (11:5; 12:11) и лжеапостолах, принимающих «вид Апостолов Христовых» (11:13). Это одни и те же люди или разные? Многие полагают, что «высшие Апостолы» являются именно теми апостолами, то есть лидерами иерусалимской церкви, как Иаков и Петр. Однако это представляется маловероятным. Контекст указывает на то, что «высшие апостолы» (11:5) — это как раз те, кто прибыл в Коринф, чтобы провозглашать «другого Иисуса» и «другое Евангелие». В Первом послании к Коринфянам Павел настаивает, что он и апостолы провозглашают одно и тоже Евангелие. Таким образом, будет более правильным утверждать, что «высшие Апостолы» были на самом деле «лжеапостолами»[6].