Читаем 1991 год - Дневник помощника президента СССР полностью

Горбачев, кажется, растерян. Власть на глазах уползает из рук. А он целыми днями совещается с разными представителями по экономической платформе и по Союзному договору, вместо того чтобы ждать, когда это сделают парламенты. И присутствует по полдня на съезде Компартии РСФСР. Чего он от этих-то ждет? Совсем потерялся и не знает, что и куда. Не видит, что делать.

15 сентября

Был у Горбачева министр иностранных дел Италии Микелис, который от имени Андреотти сообщил о присуждении Горбачеву премии фонда "Фьюджи" (итальянцы ее приравнивают к Нобелевской). После того как ушли итальянцы и вместе с ними Шеварднадзе и Адамишин, Горбачев мне говорит: "Толя, что делать, за что хвататься?" Вчера в Верховном Совете был конкурс программ Абалкина, Аганбегяна, Шаталина. Каждый отстаивал свою. А у народа челюсть отвисает. Рыжков гнет свою: моя, мол, программа реалистическая, щадящая. Что, референдум, что ли, устраивать по программам? Глупо. Республики, куда посланы эти альтернативные варианты, могут выбрать одна -- одну, другая -другую. А Россия уже вышла на рынок и вообще делает что хочет. Рыжков обещал поднять закупочные цены на мясо с 1 января. Информация об этом просочилась, и мясо исчезло совсем. Тогда Силаев заявил, что в России цены будут подняты с 15 сентября. А что стоит постановление Рыжкова без России?!

Политбюро вчера в панике обсудило, что делать с полумиллионной демонстрацией, которая на 15 сентября назначена в Москве и в других городах под лозунгом: "Долой Рыжкова", а кое-где -- и "Долой Горбачева".

18 сентября

На Верховном Совете Аганбегян, Шаталин, Абалкин продолжают сражаться. Первые два заявляют: выбор не между социализмом и капитализмом, а между жизнью и могилой. Абалкин доказывает правоту Рыжкова, хочет спасти его (и себя) с помощью популизма.

22 сентября

Ситуация все больше и больше запутывается. Рыночную программу Верховный Совет не принял. Опять учреждена сводная группа (Абалкин--Шаталин--Аганбегян). Будут разные варианты. Горбачев потребовал чрезвычайных полномочий, чтобы вводить рынок. Верховный Совет РСФСР ощетинился постановлением: без его ратификации никакие указы Президента СССР в России не действительны.

Травкин потом рассказывал, какие обвинения бросали Горбачеву российские депутаты: он уничтожил КПСС, разложил Союз, потерял Восточную Европу, ликвидировал марксизм-ленинизм и пролетарский интернационализм, нанес удар по армии, опустошил прилавки, развел преступность и т. д. Между прочим, в своей речи в Верховном Совете, которая предшествовала дискуссии о рыночных программах, Горбачев опять допустил грубый "faux pas" -- заговорил о федерации вместо Союза государств. Кстати, кто это ему навязывает, будто эпоха суверенитетов прошла?

Дни, дни, недели. Все острее ожидание, когда же все обрушится. Жизнь в службе каждый день напоминает, что произошла смена строя и я, как и мне подобные, в положении тех бывших -- после 1917 года. Все, что я имел или заработал, все это от прежнего строя. Это вознаграждение за службу ему. И теперь я уже не могу козырять: я всю жизнь работал! Спрашивать? Но с кого? Ответят: вот с того и спрашивай, кому служил. Вообще-то справедливо!

23 сентября

Грядет революция. Та самая, которую вызвал Горбачев. Но он не ожидал такого и долго не хотел называть это сменой власти, тем более сменой строя. Да и сейчас продолжает говорить лишь о смене экономической системы. Нет, то, что происходит, действительно равно 1917 году, пусть и "наоборот".

25 сентября

Вчера был, употребляя горбачевский термин, день прорыва. М. С. несколько раз яростно выступал в Верховном Совете о рыночной программе и требовал особых

полномочий для ее осуществления. Но решение опять отложено, и опять образована комиссия во главе с ним, и опять она включает несовместимое. И это все видят, но уступают его неистребимой тактике компромисса.

А все катится тем временем под откос, гибнет урожай, рвутся связи, прекращаются поставки, ничего нет в магазинах, останавливаются заводы, бастуют транспортники.

Между прочим, по телевизору объявление: требуются на какую-то захудалую рабочую должностишку -- ставка от 300 до 1000 рублей! Рынка нет, а цены уже рвутся вверх.

2 октября 1990 года

Верховный Совет действительно пора разгонять. Сегодня там обсуждали вопрос об отмене Договора о дружбе с ГДР. Казалось бы, рутинно-формальный акт. Немцы отменили этот договор решением правительства: ведь исчез сам субъект договора. А наши дообсуждались до того, что потребовали от Коля стать восприемником договора, в котором, между прочим, записано о нерушимости границ между двумя Германиями, о борьбе против западногерманского империализма и т. п.! И ведь не приняли решение. Завтра будут продолжать.