Читаем 1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб полностью

Новые огромные возможности подводили Вашингтон к идее глобального лидерства как необходимого и посильного условия поддержания международной стабильности. Известные российские американисты Владимир Олегович Печатнов и Александр Серафимович Маныкин замечали: «Новое убеждение, вынесенное военно-политической элитой страны из суммарного опыта обеих мировых войн, состояло в том, что без лидерства и опеки США Старый Свет вновь станет жертвой своих периодических безумств, а спасать его от них опять придется Америке. Традиционное для заокеанской республики мессианство с его уверенностью в универсальности американских принципов и благости американской мощи теперь впервые опиралось на самый мощный в мире военно-экономический потенциал»[10].

Но для оправдания такой глобальной стратегии, обеспечения ей государственной и общественной поддержки не хватало одного – врага. Не успело Знамя Победы взвиться над Рейхстагом, как эта роль в закрытых американских военно-политических оценках стала отдаваться Советскому Союзу, хотя бы потому, что только он располагал набором характеристик, приписываемых глобальному конкуренту: положением в центре Евразии, военной мощью, неприемлемыми для США идеологией и общественным строем.

Идеи американской исключительности приобрели однозначно явную антисоветскую окраску. Против врага применимо все. Планы ядерной войны против Советского Союза, которые чуть не уничтожили человечество в 1962 году, начали разрабатываться на семнадцать лет раньше.

Еще осенью 1945 года в американском Объединенном комитете начальников штабов (ОКНШ) была подготовлена «Стратегическая концепция разгрома России» и первый конкретный план войны, получивший название «Тоталити». Он предусматривал ядерные бомбардировки 20 крупнейших городов Советского Союза, включая Москву, Горький, Куйбышев, Свердловск, Новосибирск, Омск, Саратов[11].

Концептуальным фундаментом новой глобальной политики США стала доктрина «сдерживания» коммунизма, контуры которой были заложены в феврале 1946 года в «длинной телеграмме» временного поверенного посольства США в Москве Джорджа Кеннана. Именно он создал тот демонический образ Советского Союза, который оказался столь востребованным в администрации США: от природы враждебная Западу сила, движимая идеями экспансии и нуждающаяся во внешних врагах для спасения своей тоталитарной системы. Руководство СССР воспринимает только логику силы, и поэтому сдерживать эту страну должна преобладающая сила Запада.

Сам термин «сдерживание» в переводе, сделанном для советского руководства, звучал как стратегия «удушения» Советского Союза[12]. Ведущий американский журналист Уолтер Липпман выступил с серией статей, собранных в книгу под названием «Холодная война». Так появилось это понятие[13].

Обострение ситуации вокруг Турции после советского предложения Анкаре о «совместной обороне» проливов, встретившего решительный отказ, стало поводом для разработки в Вашингтоне плана региональной войны «Гридл», предусматривавшего бомбардировки Советского Союза с турецкой территории с использованием ядерного оружия[14]. В Турцию была направлена военно-морская армада, создавалось Средиземноморское командование американских ВМФ, закреплявшее постоянное американское военное присутствие на наших южных рубежах.

Соединенные Штаты наращивали также сеть аэродромов, с которых было удобно наносить удары по советской территории силами стратегической авиации, глобальную инфраструктуру военных баз. Шли интенсивные поиски союзников для сдерживания СССР по всему миру. В самой Америке заработала Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, занявшаяся очисткой госструктур от заподозренных в просоветских симпатиях.

18 марта 1947 года была озвучена доктрина Трумэна, в соответствии с которой выделялась финансовая и военная помощь Греции и Турции, над которыми якобы нависла советская военная угроза. Главной целью американской политики становилась «защита свободы и демократии», в том числе в странах Восточной Европы, «оккупированных» Советским Союзом.

Американцы начинали активно использовать то, чего не было не только у Советского Союза, но и у разоренных Европы или Азии. Деньги. 5 июня 1947 года госсекретарь Джордж Маршалл, выступая на выпускной церемонии в Гарварде, предложил кредитовать Европу. Появился «план Маршалла», пристегнувший разоренную Западную Европу к американской колеснице.