В то же время, благодаря упорной обороне войск 6, 12 и 26-й армий на всех возможных рубежах отхода противник ежедневно нес тяжелые потери в живой силе и материальной части. Эти потери, а также другие факторы порождали у фашистского руководства, и конкретно у А. Гитлера, сомнения в возможности быстрого разгрома армий Юго-Западного фронта в результате глубокого их окружения.

Вследствие этого удар 1-й танковой группы противника от Киева на юг в середине июля 1941 года для фашистского командования обрел принципиальное значение. С одной стороны, – он подтверждал силу германского оружия и правоту теории блицкрига, с другой – разбивал сомнения А. Гитлера в военном таланте его генералов. Последние придавали этому особое значение и готовы были любыми средствами защищать свое решение. Это придавало удару на Белую Церковь и Умань не только чисто военное, но и в определенной мере политическое значение.

Уманский котел

К середине июля 1941 года план блицкрига, задуманный германским командованием, в основном сбывался. А. Гитлер в эти дни все чаще находился в приподнятом настроении. Он любил созывать совещания высших военачальников, часто обращался к карте военных действий, делал смелые выводы. В его лексике все чаще звучали фразы «мы сделали» и «я хочу». Зачастую, позабыв о действительности, он начинал рассуждать о будущем великой Германии так, словно все проблемы борьбы с Советским Союзом уже были решены.

В. Браухич и Ф. Гальдер в своих рассуждениях были значительно осторожнее. Огромные потери германских войск в первых операциях, несмотря на значительные потери РККА, постоянно возрастающее сопротивление советских войск красноречиво говорили о том, что рассчитывать на легкую и быструю победу над Советским Союзом не стоит. Эта же мысль все чаще звучала из уст других высших военачальников Германии, которые постоянно требовали дополнительных резервов и жаловались на непредвиденные трудности.

В то же время наступление германских войск на киевском направлении развивалось успешно. Там решительно действовала 1-я танковая группа, соединения которой занимали один населенный пункт за другим. Командовал этой группой генерал Э. фон Кляйст.

Эвальд фон Кляйст (в советской литературе – Клейст) был уже немолодой кадровый военачальник, которому в 1941 году исполнилось 60 лет. Он начал свою военную службу в далеком 1900 году, в 1912 году окончил Берлинскую военную академию. В годы Первой мировой войны службу проходил в должностях начальника оперативного отдела штаба дивизии и корпуса. После окончания войны преподавал тактику в кавалерийском училище в Ганновере. В 1929 году он снова вернулся в войска. Занимал должности начальника штаба кавалерийской дивизии, командира пехотного полка, командира кавалерийской дивизии. Накануне вторжения германских войск в Польшу Кляйст принял в командование 22-й моторизованный корпус. В ноябре 1940 года он был назначен командующим 1-й танковой группой, состоявшей из 11, 13, 14 и 16-й танковых дивизий, 25-й моторизованной дивизии и моторизованной дивизии СС «Адольф Гитлер».

Генерал-полковник Э. Кляйст принадлежал к элите германской аристократии в военной иерархии. Служба фатерлянду и войны были смыслом его жизни, и на любую операцию он смотрел только со стороны военного искусства. Успех действий войск 1-й танковой группы на киевском направлении Кляйст расценивал как доказательство его военного таланта и смотрел на будущее овладение Киевом как на нечто уже решенное. В то же время он не желал, чтобы об укрепления этого города зря разбились его танковые армады, которыми он очень гордился. Поэтому он упорно советовал главнокомандующему группы армий «Юг» поручить лобовой штурм Киева пехоте, доверив его танкистам проводить новые стремительные маневры в тылу противника.

Главнокомандующий группы армий «Юг» генерал К. Рунштедт хорошо понимал и поддерживал Кляйста. Но из Берлина постоянно требовали новых побед. Пехота сильно отставала от танков, и вывести из боя танковые дивизии не представлялось возможным. К тому же и сам главнокомандующий не был лишен полководческих амбиций.

Генерал-фельдмаршал Карл Рудольф Герд фон Рунштедт в то время уже перешагнул 65-летний возрастной рубеж. Он служил в армии с 1892 года. Уже во время Первой мировой войны был офицером Генерального штаба. К 1938 году выслужил звание генерал-полковника. При вторжении немецких войск в Польшу и во Францию он командовал группой армий. Свое руководство группой армий «Юг» при вторжении в СССР К. Рунштедт расценивал как вершину своей военной карьеры, которую хотел завершить на высокой ноте.