Участок прикрытия № 1 (полоса от Творилне до Делятина шириной 40 километров) должен был обороняться 13-м стрелковым корпусом (192-я горнострелковая и 44-я стрелковая дивизии) совместно с двумя пограничными комендатурами. Участок прикрытия № 2 (полоса от Делятина до Сарта) должен был обороняться 58-й стрелковой дивизией четырьмя пограничными комендатурами и маневренной группой 58-го пограничного отряда. Оборона участка прикрытия № 3 (полоса от Сарта до Липкан) возлагалась на 17-й стрелковый корпус (60-я и 164-я стрелковые дивизии) и два пограничных отряда. В резерве района прикрытия оставались 16-й механизированный корпус и одна 96-я горнострелковая дивизия.

Рокоссовский К.К. – командир 9-го механизированного корпуса

В архиве сохранились воспоминания бывшего начальника штаба 17-го стрелкового корпуса генерал-майора А.И. Баранова. Он утверждает, что выход дивизий в свои полосы обороны под видом проведения лагерных сборов начался в первой половине июня 1941 года. Тогда в указанные районы от каждого полка первого эшелона было выведено по два стрелковых батальона с полковой и дивизионной артиллерией, а также все специальные подразделения. До 80 % артиллерии корпуса также вышли в свои районы. 5 июня части 16-го механизированного корпуса также были выведены в район сбора по тревоге. Однако эти районы находились на удалении от 50 до 100 километров от государственной границы.

Непосредственно по линии государственной границы к началу войны находились только подразделения, выделенные туда для производства строительных работ. Войска в запасных районах располагались в палаточных лагерях, занимаясь боевой подготовкой. Подразделения, оставшиеся на зимних квартирах, также были готовы к быстрому выходу в свои запасные районы. Со всеми соединениями, частями и подразделениями корпуса поддерживалась устойчивая связь по радио и проводными средствами. В начале июня командир корпуса запретил более 30 % офицеров покидать свои части. Но в связи с наступлением выходного дня многие офицеры получили возможность выехать к своим семьям, другие направились на отдых в близлежащие населенные пункты.

Таким образом, в июне 1941 года непосредственно в армиях прикрытия государственной границы Киевского Особого военного округа было 18 стрелковых, одна кавалерийская, 8 танковых и 4 моторизованных дивизии. Численность личного состава этих войск достигала 274 тысяч человек. На их вооружении находилось 3260 танков, около 1500 орудий калибра выше 76-мм, почти 3 тысячи минометов, 770 орудий противотанковой артиллерии, 170 зенитных орудий, более 2 тысяч самолетов. Эти силы в 2 раза уступали противнику по численности личного состава, в 1,9 раза по количеству полевой артиллерии, в 1,4 раза по количеству минометов, в 3,1 раза по численности противотанковой артиллерии и зенитных орудий. Зато они превосходили вражеские войска в 5,3 раза по количеству танков и в 2,9 раза по количеству самолетов.

Также известно, что планы прикрытия государственной границы были разработаны всеми армиями Киевского Особого военного округа. По линии государственной границы были построены или находились в стадии строительства укрепленные районы. До начала войны основные силы этих армий находились на значительном удалении от предназначенных для их войск районов обороны. В составе их резервов имелось более 3300 танков. Это была большая сила для ведения обороны.

В то же время план прикрытия государственной границы до большинства соединений и частей до начала войны доведен не был. Значительная часть оборонительных сооружений укрепленных районов находилась в стадии строительства, а взаимодействие их гарнизонов с войсками полевого прикрытия организовано не было. Отсутствовала практика использования крупных формирований танковых войск в обороне, часть танков были устаревших конструкций, а новые боевые машины экипажами освоены не были.

Огромным недостатком обороны советских войск, построенной к началу войны, была слабость системы управления, которая основывалась в основном на стационарных линиях проводной связи. Радиосвязь была развита очень плохо, а командиры соединений и частей практически не имели опыта работы с документами по скрытному управлению войсками. В результате этого вся оборонительная громадина, сосредоточенная у западной границы СССР в июне 1941 года, при умелых действиях противника по нарушению управления легко и быстро могла превратиться в неуправляемую дряблую массу, что и случилось с началом Великой Отечественной войны.

День «М»

20 и 21 июня тревожные разведывательные сводки поступали в Кремль со всех концов. Но многие из них беззвучно оседали в столах кабинетных чиновников, и только некоторые, и то в искаженном виде и с большим опозданием, достигали кабинета И.В. Сталина.