Читаем 1612-й. Как Нижний Новгород Россию спасал полностью

В отношении личности Лжедмитрия I до сих пор нет полной ясности. Ограничусь выводом автора последних жизнеописаний Лжедмитрия I Вячеслава Козлякова (у которого можно прочесть и обо всех других версиях): «Многие хотели бы узнать, на самом ли деле самозванец был Григорием Отрепьевым. Однако похоже, что тайна происхождения царя Дмитрия Ивановича навсегда останется неразгаданной. Самозваному царевичу поверили на слово и приняли все детали его рассказа о чудесном спасении как достоверные.

Тот, кого называли Григорием Отрепьевым, скорее всего, им и был».

Профессор Фордхэмского университета Оскар Халецки рассказывал о начале интриги. «Его завораживающая история началась на самом деле в Польше, где он нашел себе убежище в 1603 году и преуспел в том, что разбудил к себе интерес и короля, и папского нунция, так как обещал сотрудничество с Польшей и религиозное объединение с Римом, если ему будет оказана помощь в осуществлении его целей. Он действительно внушил к себе достаточно доверия, чтобы получить любую официальную помощь. Когда на следующий год Лжедмитрий вторгся в Россию, это произошло лишь с ограниченным участием отдельных польских магнатов, включая некатоликов и противников королевской власти, а также некоторого числа украинских казаков, взволнованных такой авантюрой и последовавших примеру русских донских казаков, которые тоже восстали против Москвы».

Авантюра с продвижением Лжедмитрия I на русский престол была затеяна в Польше не только иезуитами, но и как инициатива некоторых крупных магнатов во главе с Мнишеками. Они во многом и профинансировали поход Лжедмитрия, к которому присоединились и силы внутрироссийской Смуты.

Борис Годунов объявил о мобилизации всего дворянского ополчения, как только узнал о первых успехах самозванца. Но дальше… «Разрядный приказ получил распоряжение собрать полки в течение двух недель, — писал Скрынников. — Царское повеление было повторено трижды, но выполнить его не удалось. Потребовалось не менее двух месяцев, чтобы вызвать дворян из их сельских усадеб в места формирования армии. Осенняя распутица затрудняла мобилизацию… Дворянское ополчение не привыкло вести войну в зимних условиях, среди заснеженных лесов и полей… После утомительной зимней кампании царские полки стали таять. Не спрашивая „отпуска“ у воевод, дворяне толпами разъезжались по своим поместьям».

Самозваный царевич Дмитрий побеждал только потому, что, как казалось многим, у него было преимущество «прирожденности». «Воскресший» Дмитрий стал могильщиком и самого Бориса Годунова, и спокойствия в России. Чего хотели русские люди? «Ясного государственного порядка, нарушенного воцарением Бориса Годунова и особенно голодом, „межениной“ начала века, благочестиво воспринятыми как наказание за собственные грехи и „за безумное молчание всего мира“ перед грехами царей… Но, главное, людям, как всегда, хотелось правды. И они соблазнились легким ответом, явлением на свет царевича Дмитрия, который олицетворял саму преемственность с понятным прошлым и грозил покончить с выборным царем Борисом Годуновым, отодвинувшим от царской власти Рюриковичей», — отмечает Козляков.

В разгар схватки с нашествием самозванца 13 апреля 1605 года Борис Годунов внезапно умер. Боярская дума и население Москвы принесли присягу на имя 16-летнего наследника Федора Годунова и его матери. Казна раздала людям много денег на помин души Бориса, была объявлена всеобщая амнистия. Но это не добавило Годуновым шансов удержаться на троне. Заполнившая Думу родня Бориса не имела ни авторитета, ни поддержки, а около Федора не оказалось никого, кто мог бы твердой рукой удержать штурвал власти. В семье Годуновых царили страх и растерянность. Она теряла почву под ногами и все больше отступала перед призраком законного царя.

Федор даже не успеет короноваться на царство, а дела самозванца резко пошли в гору. Крестьяне, холопы, посадские люди, бежавшие на южные окраины и пополнявшие казачьи станицы, рассчитывали, вступив в ряды самозванца, вернуться вольными людьми. Восстание казаков и стрельцов в Цареве-Борисове привело к крушению системы обороны южной границы. Власть Лжедмитрия признали Оскол, Воронеж, Белгород, Елец, Ливны. Новый воевода Басманов со всем войском перешел на сторону Дмитрия. Его признавали подлинным царем боярские роды, и самозванец начал триумфальное шествие к Москве.

Первого июня 1605 года в столице объявились посланцы Лжедмитрия — Плещеев и Пушкин — и в одной из слобод зачитали грамоту, где рассказывалась история царевича и его спасения, обещались все мыслимые льготы… Народ привел Плещеева и Пушкина на Красную площадь, где вновь читали грамоту. Люди были в смятении, развеять которое попросили Василия Шуйского, который вел следственное дело об убийстве царевича Дмитрия. Шуйский публично отрекся от прежних выводов собственного следствия и уверил, что Годунов намеревался убить царевича. Чтобы его спасти и спрятать, был убит поповский сын.