Читаем 13-й демон Асмодея. Том 2 полностью

Я же обработал шов, швырнул шарик в тот же лоток и сквозь зубы процедил: — Самое главное, Юрчик, заключается в том, что ты ничего не сможешь сделать. Потому что я тебе ноги вырву. — И я поднялся со своего стула и повернулся к Наталье Сергеевне: — Он полностью ваш.

— А почему вы все мне угрожаете? — возмутился Юрчик и ойкнул, когда Наталья Сергеевна начала накладывать на шов повязку.

— Юра, я сейчас Галю позову, и она тебе быстро объяснит разницу между угрозами и почти дружескими советами, — ласково проговорила старшая медсестра, по совместительству операционная, ловко прикрепляя к коже пластырь.

— Не, Гальку не надо, — Юрчик поёжился. — И как этот мужик её сразу не сумел схватить? Здоровый же вроде…

— Этот мужик — имперский князь, — перебила его Наталья Сергеевна. — Поэтому язык придержи, чтобы его тебе не просто не прищемили, а не отрезали к такой-то матери и не скормили тварям пустоши. Возможно, даже с тобой, — добавила эта чуткая и добрая женщина, немного подумав.

— А-а-а, — протянул Юрчик. — Ну, раз князь, тогда понятно. Странно, что он вообще её от меня оттащил, не побрезговал.

— Юра, — Наталья Сергеевна прилепила последний кусок пластыря ко лбу уже точно бывшего приятеля Гальки Акимовой и встала перед ним, скрестив руки на груди, — иди уже отсюда. Послезавтра на перевязку придёшь.

— А где мне жить-то? До Петровки далековато будет, чтобы я сюда день через день мотался.

— Ну к Гальке же ты как-то пришёл, — ответила медсестра. — Или ты намекаешь, чтобы мы тебя у себя на несколько дней разместили? Юра, у нас тут больница, а не ночлежка, мест свободных нет. Иди уже, не знаю, к старосте обратись, может, определит куда. Только на глаза ближайшее время никому из нас не попадайся, — прищурилась Наталья Сергеевна.

Юрчик ничего не ответил, встал, покосился на меня и вышел из приёмника, где я его шил. Я же, в свою очередь, подошёл к окну убедиться, что эта скотина благополучно вышла с территории больницы.

* * *

Схватив Юрчика за шиворот, я потащил его к воротам. Этот козёл упирался и продолжал поносить Гальку на чём свет стоит, драконя её ещё больше и приближая свой неминуемый конец.

Я спиной чувствовал тёмную ауру, начинающую распространяться от Акимовой по всему двору. Ещё немного, и её уже ничего не остановит от умышленного убийства и прямой дороги прямиком в Адскую канцелярию. Такие грехи не прощаются, и сколько бы благих дел ты ни делал после этого, дорога на небеса будет закрыта. Вот и верь потом пернатым про искупление и прощение.

— Вытаскивайте его к чёртовой матери, Денис Викторович! — откуда-то со стороны гаражей выбежал Старостин, размахивая руками. Видимо, недоброе почувствовал не только я. — Галька же с него сейчас шкуру спустит, а у нас показатели смертности по приёмному покою подскочат! Или мы скажем, что он дома откинулся? — Владимир Семёнович затормозил и принялся обдумывать своё предложение. — Точно, напишем, что на труп приехали, а смерть на дому к нам уже не относится. Думаю, Михаил Кимович не станет нас сдавать и просто закроет на это недоразумение глаза, — Старостин перевёл взгляд на находящегося в небольшом ступоре князя.

— Да вы что, совсем все охренели? — взвился Юрчик, услышав хороший, надо сказать, план старшего фельдшера. Он так сильно дёрнулся, что умудрился вырваться из моей хватки.

Но тут до нас добежала Галька. Почему-то князь Безносов немного помедлил, и когда он обхватил сзади за талию брыкающуюся женщину, прижав её к своему телу, она успела перетянуть Юрчика злополучной стойкой. Юрчику не повезло, она снова попала ему по лицу, точнее, по лбу. Я едва успел пригнуться и пропустить стойку у себя над головой, потому что стоял как раз между этим дегенератом и разъярённой женщиной с грозным оружием в руках. Но совсем без последствий выйти из этой короткой драки у меня всё же не получилось, потому что у скальпированных ран есть одна отвратительная особенность: они очень сильно кровоточат.

— Всё дело в сосудах, — пробормотал я, с философским видом разглядывая свой мундир, на который попала кровь Юрчика. — Они не спадаются и поэтому так сильно кровоточат. А ещё меня интересует вопрос: почему она тебя всё-таки не пришибла? — я поднял взгляд на Юрчика, чувствуя, что вот прямо сейчас мне становится плевать на свою целительскую змею, и я хочу убивать!

— Галина Ивановна, успокойтесь, — раздался спокойный голос Безносова откуда-то сбоку. — Я вас очень хорошо понимаю, и мне самому хочется убить этого… В общем, этого. Но всё же не стоит так горячиться, тем более делать это благое дело так демонстративно да ещё с применением казённого имущества.

Князь утащил в одно мгновение успокоившуюся Гальку вместе со стойкой в больницу, а ко мне подошла Наталья Сергеевна и, вздохнув, указала на Юрчика, пытающегося зажать кровоточащую рану на лбу.

— Шить надо. Да и вам переодеться не помешает. Мундир нашим прачкам отдадим. Они без всякого дара чудеса творить умеют, — сказала она и ещё раз тяжело вздохнула.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Библиотекарь
Библиотекарь

«Библиотекарь» — четвертая и самая большая по объему книга блестящего дебютанта 1990-х. Это, по сути, первый большой постсоветский роман, реакция поколения 30-летних на тот мир, в котором они оказались. За фантастическим сюжетом скрывается притча, южнорусская сказка о потерянном времени, ложной ностальгии и варварском настоящем. Главный герой, вечный лузер-студент, «лишний» человек, не вписавшийся в капитализм, оказывается втянут в гущу кровавой войны, которую ведут между собой так называемые «библиотеки» за наследие советского писателя Д. А. Громова.Громов — обыкновенный писатель второго или третьего ряда, чьи романы о трудовых буднях колхозников и подвиге нарвской заставы, казалось, давно канули в Лету, вместе со страной их породившей. Но, как выяснилось, не навсегда. Для тех, кто смог соблюсти при чтении правила Тщания и Непрерывности, открылось, что это не просто макулатура, но книги Памяти, Власти, Терпения, Ярости, Силы и — самая редкая — Смысла… Вокруг книг разворачивается целая реальность, иногда напоминающая остросюжетный триллер, иногда боевик, иногда конспирологический роман, но главное — в размытых контурах этой умело придуманной реальности, как в зеркале, узнают себя и свою историю многие читатели, чье детство началось раньше перестройки. Для других — этот мир, наполовину собранный из реальных фактов недалекого, но безвозвратно ушедшего времени, наполовину придуманный, покажется не менее фантастическим, чем умирающая профессия библиотекаря. Еще в рукописи роман вошел в лонг-листы премий «Национальный бестселлер» и «Большая книга».

Гектор Шульц , Антон Борисович Никитин , Яна Мазай-Красовская , Лена Литтл , Михаил Елизаров

Приключения / Фантастика / Попаданцы / Социально-психологическая фантастика / Современная проза