Читаем 10`92 полностью

Мы промолчали, и лишь когда УАЗ укатил вдаль по улице, Андрей спросил:

— Коробка полная была?

— Не, — мотнул головой Воробей. — Три последних бутылки забрали.

— Легко отделались! — усмехнулся Фролов и посмотрел на часы. — Сейчас половина третьего. Давайте ещё часа два постоим и домой.

— Может, поедем? — засомневался Рома.

— Не, надо хотя бы три бутылки «Рояля» отбить.

И мы их отбили. Может, и не полностью, но пару ваучеров выкупили, да и Воробей что-то из своих шмоток продал.

Ближе к четырём разгулялся прохладный ветерок, стало зябко. Все и без того уже вымотались, поэтому решили вечера не дожидаться и начинать сворачивать торговлю.

Подошла пожилая женщина с авоськой, в которой позвякивала стеклянная тара, спросила:

— Мальчики, бутылочки вам нужны или заберу?

— Забирайте! — разрешил Костя. — А лучше ваучер продайте. За ваучер денег больше выручите!

— Где б его ещё взять! Мы из Казахстана перебрались, ни гражданства, ни прописки…

Андрей Фролов вручил тётке бумажку в двадцать пять рублей, а только та ушла, и уже буквально под самый занавес пожаловал денежный покупатель. Кожаную куртку и до того смотрели и даже примеряли, но этот чернявый мужичок цыганистого вида в обычных брюках и не по погоде лёгкой джинсовке её разве что на зуб не попробовал. И понюхал, и подкладку проверил, и все швы осмотрел, кожу тоже мял. И что самое главное — приценился.

— Сколько хочешь? — спросил он у Воробья, сверкнув золотыми фиксами. — Ваучерами если?

— Двенадцать.

Мужичок произвёл нехитрые вычисления и округлил глаза

— Побойся бога! Да за такие деньги фирменный кожаный плащ взять можно!

— Пальто, — хохотнул Костя. — Ещё и на коня останется!

Покупатель эту реплику пропустил мимо ушей, покачал головой.

— Нет, это не серьёзно!

— Ладно, за одиннадцать отдам, — пошёл на уступку Воробей.

Чернявый мужичок, который то ли был цыганом, то ли не был, с минуту обдумывал это предложение, потом достал тощую стопку ваучеров и выразительно ими тряхнул.

— А-а-а, гори оно синим пламенем! За десять возьму! — объявил он и уточнил: — По рукам?

Зинчук подступил к Андрею и шепнул:

— Может, нахлобучим его?

— Забудь, — коротко ответил Фролов.

А Воробей решительно покачал головой.

— Не пойдёт.

— Отдай куртку за десять, а я вам хорошую наводку дам! — предложил мужичок. — Вы ведь ваучеры скупаете, так? Я знаю, кто сразу партию продать может!

Андрей поспешил присоединиться к беседе и спросил:

— Сколько и почём?

— Скажу, если договоримся.

Воробей кивнул.

— Ты скажи сначала.

Мужичок с нескрываемым сомнением оглядел нас, но никаких встречных условий выдвигать всё же не стал

— Отдают по три восемьсот, час назад в наличии двадцать пять штук оставалось. Но там наличка нужна. Наберётся у вас столько лавэ?

Андрей вопрос проигнорировал, в свою очередь спросил:

— Далеко ехать?

— Минут пятнадцать от силы.

С двадцати пяти ваучеров при объявленной цене нам должно было капнуть двенадцать с половиной тысяч, поэтому колебался Фролов недолго.

— Договорились, — сказал он, забрал приватизационные чеки и внимательно их изучил, прежде чем сунуть в карман.

А вот Воробей куртку придержал.

— Куда ехать?

— В частный сектор, — пояснил мужичок. — На заводе уже который месяц зарплату задерживают, люди в долгах как в шелках, вот и сдают по бросовым ценам.

— Кому сдают? — потребовал объяснений Андрей.

— Цыганам! Кому ещё? — сверкнул чернявый золотыми коронками. — А вы чего-то другого ждали?

Ответ нас нисколько не воодушевил, но переигрывать ничего не стали. Воробей отдал куртку и записал адрес в тетрадь. А мужичок немедленно примерил обновку и указал рукой вдоль улицы.

— На первом перекрёстке налево, дальше мимо складов прямо до частного сектора доедете. Не заблудитесь, короче. Только не сворачивайте никуда. Прямо и прямо.

— Слушай, а ты сюда ваучеры не принесёшь? — закинул удочку Воробей. — Смысл нам куда-то кататься? Накинь себе за беготню сотню, а мы с тобой на месте рассчитаемся.

— Если б кожанка не приглянулась, я бы в город смотался и там за нормальные деньги ваучеры сдал. Вы мне зачем, пацаны?

Чернявый оглядел нас с нескрываемой усмешкой, оправил куртку и потопал прочь, а мы задумались. Ехать непонятно куда было откровенно боязно, вот только и выгоду такая вылазка сулила немалую.

— С чего он нам рыбное место сдал? — озадачился Романов.

— Рома, не гони! Он сам цыган! — отмахнулся Женя Зинчук.

Я с сомнением покачал головой. Чернявый-то он чернявый, но вовсе не факт, что цыган.

— Дюша, сколько у тебя денег? — поинтересовался Воробей.

Андрей вытянул из внутреннего кармана свёрток и после недолгих подсчётов объявил, что на руках осталось немногим больше семидесяти тысяч.

— Двадцать чеков точно выкупим, — прикинул я. — Прилично наварили бы так-то. Только стрёмно непонятно куда ехать. Цыгане опять же…

— Да не в этих двадцати ваучерах дело! — поморщился Андрей. — Если всё выгорит, станем раз в неделю приезжать и всё на корню скупать. Лёгкие деньги!

Воробей кивнул и вдруг спросил:

— Евген, а ты можешь брату позвонить и насчёт этих цыган поспрашивать?

— И где тут телефонную будку искать?