Читаем 10`92 полностью

— Да всё нормально, не парься! — отмахнулся Демидов. — И завтра на вторую половину дня ничего не планируй, дело есть.

— А что такое?

— Тебе понравится. К трём сюда подваливай.

Мне это всё уже заранее не нравилось, но деваться было некуда, и я пообещал:

— Буду, — но сразу предупредил: — Валя, только на откровенный криминал я не подписывался. Ты мне помог, но…

— Расслабься, Енот! — перебил Демидов, хлопнув по плечу. — Мы ж не шапки снимаем и не по карманам шарим. Просто разговоры разговариваем и нам за это платят!

Демид рассмеялся, ну а мне было не до смеха. Вот только съехать с темы не имелось никакой возможности, поэтому стоял, давил из себя улыбку, через силу растягивая уголки губ. Потом пошёл домой.

Там сразу поднялся на свой этаж — Зинка в любом случае к этому времени ещё не вернулась из школы, да и зарос щетиной будто дикобраз, сначала надо себя в порядок привести. Побриться, душ принять, переодеться…

Но все эти мысли мигом вылетели из головы, стоило только разглядеть глубокие вмятины на рейках дверного косяка. Помимо этого, виднелись следы и на самом полотне, словно кто-то пытался проникнуть внутрь с помощью фомки. Удачно или нет — вопрос.

Я отпер дверь, зашёл и позвал:

— Дядя Петя!

Тот выглянул из комнаты и зевнул.

— Вернулся?

Я кинул сумку на пол и указал за спину.

— К нам вломиться пытались, что ли?

— Пытались, — подтвердил дядька, проходя на кухню. — Да не боись, не справились, уроды криворукие. Помнишь, студенты летом с торца штыри ставили? Теперь так просто с петель не снять и не отжать. А вот на четвёртом этаже одну квартиру обчистили.

— И никто ничего не слышал?

— Днём же ходят, когда все на работе, — пояснил дядя Петя и уточнил: — Ты есть будешь? Яичницу жарить собрался.

— На меня тоже делай.

Я отнёс вещи в комнату и бросил там, не став разбирать, потом побрился и принял душ, тогда в кои-то веки почувствовал себя белым человеком. Плюс яичница. Можно сказать — жизнь налаживается. Ещё б как-нибудь с Демидом краями разойтись, но пока вариантов не вижу.

— Слышал, визит Ельцина в Токио отменили? — невпопад спросил вдруг дядя Петя.

Я от удивления чуть жевать не перестал.

— И что с того?

— Ну что молодёжь за безмозглая пошла? — в сердцах всплеснул дядька руками. — По всему выходило, что этот пропойца собирался узкоглазым Курилы отдать!

Заявление это на меня особого впечатления не произвело, другим голова была занята.

— Курилы далеко, — только и пожал плечами.

Дядя Петя постучал костяшками пальцев по краю столешницы.

— Что тут, что тут! — указал он после этого на мой лоб. — Если отдадут Курилы, думаешь, на этом остановятся? И не забывай — мы теперь не в самой серёдке Союза живём, а в мяконьком подбрюшье независимой России. У нас даже нормальной границы с Казахстаном нет!

Я досадливо отмахнулся.

— Заканчивайте уже политинформацию, товарищ кавторанг! Лучше скажи, как там с Гуревичем? Не передумал он у нас сахар складировать?

— Всё в силе, — успокоил меня дядька. — Пытался юлить, конечно, но утрясли детали, согласовали расценки. Тридцать тысяч через кассу проводим, а тысячу двести долларов он через тебя передаст. Это сразу за три месяца.

— А у нас-то нормально всё с учредительными? Договор на охрану заключили?

— С этим порядок. И уже двух человек подобрал, буду сутки через двое с ними на дежурство заступать. Сахар со дня на день привезти должны, тогда и начнём.

Раздался звонок в дверь, я подошёл и посмотрел в глазок, после запустил Андрея Фролова.

— Здрасте! — поприветствовал тот дядю Петю, а меня обхватил и похлопал по спине. — Это я удачно зашёл! Дай, думаю, проверю — вдруг вернулся уже?

— Чутьё как у собаки! — усмехнулся я. — Полчаса назад домой зашёл.

Я потянул Андрея к себе в комнату, но дядя Петя поднялся из-за стола и предложил:

— Хоть чаем гостя напои!

— Дюша, чай будешь?

— С сахаром?

— И с бутербродом. Только колбасы нет. С маслом если только.

— Давай!

Дядя Петя освободил нам кухню, я разлил по кружкам заварку и добавил кипятка из термоса, потом отрезал хлеба и выставил на стол маслёнку.

— Налетай!

Андрей мигом соорудил себе бутерброд, откусил от него, прожевал и предупредил:

— Завтра переезжаем на новый склад и сразу надо будет кучу сахара принять. Поможешь?

— Когда?

— С восьми начнём, к обеду управимся.

— Нормально, — кивнул я. — У меня вторая половина дня занята.

— Со своей куда-то намылился?

— Не.

Я досадливо поморщился, немного поколебался, но всё же рассказал о своих недавних злоключениях без утайки.

— Вот ты, блин! — только и выдал после этого Андрей. — И что насчёт Ибрагимова решил?

— Насчёт старшего-то? Подальше держаться буду. Главное, чтобы младший с Филей на пару дурковать не начал. Но Зинка говорит, пока спокойно всё, тьфу-тьфу-тьфу.

— А если начнут?

Я недобро усмехнулся.

— Разберусь как-нибудь. Не парься, сам светиться не буду. Одного залёта за глаза хватило.

— Серый, знаешь, в чём твоя главная проблема?

— Дай угадаю, — усмехнулся я. — Не могу решить, чего хочу? Ни фига подобного, Дюша! Я прекрасно знаю, чего хочу. Просто так получилось.