Читаем 10`92 полностью

— Не дури, Марат! Он сейчас и сам не знает, кто из дружочков Артуру угрожал! Какой с него спрос? Ты же не хуже моего понимать должен, как информация разойтись могла!

— Я их найду, урод! — пообещал Ибрагимов. — А если Артура хоть пальцем тронут, если ты просто близко к нему подойдёшь, вывезу в лес и грохну! Понял?

Я кивнул, поскольку угроза была предельно конкретной. Как имелись и предположения по поводу столь странного поведения мента: похоже, Никифоров всё же нашёл подход к его братцу…

Ибрагимов выскочил из кабинета, с грохотом хлопнув дверью, и я не удержался, спросил:

— И что это было?

— А ты не знаешь? — ответил Угаров вопросом на вопрос.

— Нет.

— Ну-ну.

Хозяин кабинета снял трубку телефонного аппарата и вызвал конвоира. Так и подмывало поинтересоваться своими перспективами, но подавил этот порыв, унижаться не стал. Тем или иным образом всё прояснится в самое ближайшее время. А эту парочку — запомню. Земля круглая.

— На выход его, — скомандовал Угаров подошедшему через пару минут конвоиру, оценил мой изумлённый вид и скривился в недоброй ухмылке. — До скорой встречи, гражданин Полоскаев.

Наручников на меня надевать не стали и препроводили к дежурному, где и выдали паспорт и личные вещи. И цепочка, и деньги оказались на месте, но едва ли не больше этого порадовало возвращение шнурков. Я уселся на низенькую лавочку, зашнуровал кроссовки, а потом, кривясь от боли в боку, наклонился и обулся.

Накатил приступ головокружения, едва совладал с ним, затем поднялся и двинулся на выход. На свободу с чистой совестью, иначе и не скажешь.

Разобрал нервный смех, но смеяться было слишком больно, на силу успокоился. Вышел на улицу, двинулся прочь и тотчас ощутил себя героем американского боевика в сцене, где тот покидает исправительное заведение, а его уже поджидают на машине подельники.

Ну да — только заковылял по тротуару, и почти сразу сзади коротко бикнул автомобильный сигнал. Испуганно обернулся, а к обочине прижалась малиновая «шестёрка» Демидова.

Его-то сюда каким ветром занесло?! Ни фига на простое совпадение не похоже.

Но ломать на этот счёт голову я не стал и, когда боковое стекло со стороны водителя ушло вниз и мне махнули рукой, без колебаний подошёл к автомобилю и забрался на заднее сиденье. Непроизвольно при этом зашипел от боли, и развернувшийся Валя Демидов спросил:

— Енот, ты как — живой?

— Почти, — ответил я. — Вы здесь каким ветром?

Демид сидел за рулём, на втором переднем сиденье развалился его закадычный дружок и правая рука Миша Тупин — такой же накачанный, но не лидер по натуре, а вечный второй номер.

— Тебя ждали, — пояснил Валя, трогаясь с места. — Узнали, что в ментовку загребли, ну и поспособствовали освобождению.

— Офигеть, — коротко выдохнул я, поскольку от услышанного натуральным образом пошла кругом голова. — Спасибо, блин! Вы меня прям спасли!

— Должен будешь, — усмехнулся Миша.

Тут-то я и напрягся. Не из-за этой шуточной фразы, а по причине ясного понимания, что — да, буду должен.

— Енот, не парься! — фыркнул Демид. — Зачем ещё нужны друзья? Мы же банда, так?

Пацаны заржали, я и сам не удержался от улыбки, очень уж забавная получилась отсылка к анекдоту о банде рокеров, вот только причин для веселья не было ни малейших.

— Валь, мы ж с тобой на этот счёт говорили уже…

— Что ты сам по себе? — уточнил Демидов и раздражённо хлопнул ладонями по рулю. — Енот, хорош уже мне мозги сношать! Не выжить сейчас одиночке, не то время. Ну и потом мы тебя прикрыли, связи свои задействовали. Это всё не просто так!

— Блин, я ж не просил…

Прозвучала отговорка откровенно жалко, но Демидов, к величайшему моему удивлению, лишь пожал плечами.

— Да, не вопрос, Енот. Не просил, должен будет тот, кто попросил. Ну а ты сам по себе, какие проблемы?

Я заметил быстрый обмен взглядами и не уловил ни малейшего раздражения, скорее уж собеседников мой ответ чем-то развеселил. Это напрягло.

Не стал бы Никифоров привлекать к решению моей проблемы бригаду Демида; именно ясное осознание этого и заставило пойти на попятную.

— Валь, давай так — недели на две на дно залягу, а вернусь в город и всё и обговорим. Тогда и решим, кто кому должен.

— Вот это правильно! — кивнул Демидов. — Залечь на дно тебе и в самом деле не повредит. Как тебя вообще угораздило брату опера шнобель сломать?

— По причине личных неприязненных отношений.

Пацаны заржали.

— Ну ты, Енот, даёшь! Ибрагимов же на всю голову больной! Об этом даже сами менты за его спиной говорят.

— А я знал? Вчера первый раз этого выродка увидел!

Миша Тупин обернулся и с сомнением глянул на меня, потом кивнул.

— Ну да! Он только в прошлом году к нам перевёлся.

Я закашлялся, скривился от боли и спросил:

— Вы как всё разрулили вообще?

— Секрет фирмы, — расплылся Демид в самодовольной улыбке. — Мы и не то можем, не сомневайся даже! У мафии длинные руки!

Автомобиль заехал во двор моего дома, попрыгал на вспученном асфальте и остановился у подъезда.

— Значит, две недели? — уточнил напоследок Валя Демидов.

— Ага. Две, — подтвердил я, выбрался из салона и двинулся к входной двери. — Увидимся, пацаны!