Читаем 10`92 полностью

Я не сдержался и зло бросил:

— Очевидцы нужны? Так не вопрос!

Кислый глянул на девушку и с ленцой бросил ей:

— Рот закрой. — После уставился на меня, пару секунд сверлил взглядом, затем достал пачку сигарет и закурил. — Ничего такого она тебе, Енот, не сказала. Твой номер шестой, не тебе за базар предъявлять. Понял?

Атмосфера ощутимо сгустилась, но, прежде чем я успел ответить и послать урода далеко и надолго, Костя выставил руку, призывая меня к молчанию.

— Если о номерах разговор зашёл, то не тебе их выдавать! — заявил он, поскольку в своей роли промолчать попросту не мог. — А насчёт слов… Ну давай авторитетных людей спросим, косяк это был или нет. Только учти, Кислый, если ты за неё впряжёшься, то и отвечать придётся уже тебе.

— Из-за десяти кусков авторитетных людей беспокоить? Костя, ты как это себе представляешь?

— Не в деньгах дело. Принцип важен, — парировал Чиж. — И почему из-за десяти? Сева, ты двадцатку приготовил? Мы о тридцати тысячах договорились, так?

— Притормози! — потребовал Кислый, щелчком отправил окурок под ноги Чижову и начал цедить сквозь зубы: — Вы десять штук у Севы взяли? Взяли. Сказали, что претензий не имеете? Сказали. Насчёт остального он, что ответил? Что подумает. Вот он подумал и решил, что ничего больше платить не будет. С чем-то не согласен?

— Ну пусть так, — сдал назад Костя, решив благоразумно оставить последнее слово за Кислым, который и без того был мрачнее тучи. — Всё, братва! Поехали!

Тут-то меня и окликнули.

— Енот! — позвал Кислый, а стоило оглянуться, указал на Филиппа Зимина. — Пацана тронешь, ответишь.

Зинкин одноклассник даже не постарался скрыть самодовольной улыбки, и я не удержался, спросил:

— Корефан твой борзый тоже не придёт?

— Сам с ним разбирайся!

Наглый ответ попросту взбесил, расчертивший мой висок рубец пронзила острая боль, и я шагнул вперёд.

— Ты совсем попутал?!

Улыбку «бычка» будто стёрли, а кореша Кислого враз напряглись и приготовлюсь к драке, а меня ухватил за руку и придержал Андрей.

— Серый, не надо, — негромко попросил он. — Не дури…

Нестерпимо захотелось взять киянку и приложиться ей по наглой морде Фили, но ничем хорошим это сейчас закончиться не могло, только вставил бы пацанов в драку, поэтому нервным движением скинул руку Фролова и вслед за остальными в «буханку», захлопнул дверцу, покачнулся, когда автомобиль тронулся с места, но всё же устоял на ногах.

С минуту ехали молча, а потом Евген обхватил Чижова и заорал во всю глотку:

— А-а-а-ха-а-а! Братва, прикиньте — мы с Кислым на равных перетёрли! Опупеть!

Ну — да, ещё летом пришлось звать на стрелку Графа, а тут сами справились. Пусть и остались при своих, но это тоже дорогого стоит.

— Не путай, Евген, — вздохнул озабоченный чем-то Андрей Фролов. — Это не мы с Кислым на равных были, а авторитетный пацан Костя Чиж.

Посмеялись, хоть причин для смеха и не было. Просто требовало выхода нервное напряжение, а потом Саша Романов покачал головой.

— Дюша, ты не прав. Если бы Кислый не зассал драться, он бы и слушать ничего не стал.

Оспаривать это заявление никому и в голову не пришло, Костя вернул золотую печатку Гуревичу, потом вернул замшевую куртку, а Женя Зинчук цепочку забирать не стал.

— Оставляй, братан! — отмахнулся он и щёлкнул себя по кадыку. — Вмажем, пацаны?

— По пиву только, — осадил его Фролов. — Нам завтра на выезд с самого утра. Знакомый Романа Марковича трёшку на северке взял, будем обставлять. Диваны, кресла, кухня. Работы на весь день. Может, и заночуем там.

Я шумно вздохнул и попросил:

— Закиньте меня на «Восход». Часик грушу поколочу, хоть нервы успокою.

Ну да — всего так и потряхивало из-за бурлившего в крови адреналина. Вроде, всё закончилось уже, да и поговорили просто, но никак не отпускало. Опять же пить до восьми точно нельзя, надо будет всё же сходить на школьный стадион и лично убедиться, что туда в назначенное время никто не придёт. Ну а потом мне ещё в ночь выходить.

Удружил дядька, ничего не скажешь…

Так вот и получилось, что я проигнорировал все уговоры и заявился в боксёрскую секцию. Ну а там оторвался по полной программе. Бил, бил и бил сильно и в очень неплохом темпе. За последние два месяца у меня заметно подросла выносливость, и дыхалка уже не садилась через пятнадцать минут интенсивных упражнений, о технике и говорить не приходилось. Небо и земля по сравнению с тем, что было.

И даже так окончательно меня не отпустило. Зудело внутри нечто противное, словно в душе незримой занозой засело подспудное ожидание неприятностей. Не довернули мы ситуацию до конца, могли — но не довернули. Сделал нас Кислый. Пусть и не в сухую, но всё же сделал.

Я уже вытирал струившийся по лицу пот полотенцем, когда за спиной вдруг прозвучало:

— Ну ты, Енот, сегодня прям дал! Кого-то конкретного месил?

Я обернулся и протянул руку незаметно подошедшему Демидову.

— Привет, Валя. Да нет, просто день суетной выдался.

— Есть пара минут?

— Ага.

Мы отошли к стене и присели на длинную лавочку, тогда Демид сказал:

— Слышал, ты на днях одного из парней Кислого серьёзно отделал.