Читаем 1:35 ночи полностью

Разогрев в микроволновке чашку с водой, он погрузил в неё пакетик с чаем. В ящике, где лежали пакетики с ресторанной горчицей, кетчупом и соевым соусом, он нашёл маленькую пластиковую упаковку мёда и развёл его в чае. Он вспомнил, как мама говорила: мёд успокаивает, потому что обволакивает горло. Для чего нужен лимон, он не помнил, но, так или иначе, придётся обойтись без него.

Стэнли включил телевизор, где шли спортивные новости, и начал маленькими глотками пить горячий чай. Он даже немного помог. Допив, Стэнли вернулся на кухню и открыл банку с куриным супом-лапшой. Куриный суп полезен для больных, правильно? Он разогрел суп на плите, затем ушёл с тарелкой в гостиную, чтобы поесть перед телевизором. Быстро обнаружилось, что он может есть только бульон. Глотать кусочки курицы и лапшу оказалось слишком больно – словно это была не еда, а камни.

Стэнли принял ещё ибупрофена и сунул в рот ещё одну пастилку, надеясь, что к вечеру ему всё же полегчает. Но боль в горле никуда не уходила, а чувствительность в левой руке не возвращалась. Он задумался, не взять ли больничный, но быстро понял, что не может себе позволить пропустить смену. Денег слишком мало. И так едва-едва хватает на оплату квартиры и еду. Когда он надел форму, левый рукав рубашки оказался настолько тесен, что он едва мог согнуть руку в локте.

Прогулка до работы – с больным горлом и безжизненной левой рукой – оказалась нелёгкой, но он всё же добрался до складской площадки, а потом – до скрытой лестницы. Как и обычно, он задержал дыхание возле бака с биологическими отходами и приложил бейджик к сканеру у двери. Зайдя внутрь, он постоял немного, привыкая к тусклому зеленоватому освещению, потом прошёл на пост охраны. Проверив мониторы, Стэнли не увидел ничего необычного. Замечательно. Он устал, у него очень болело горло, и хотелось спать. Откинувшись в кресле, он с радостью забылся сном.

Стэнли проснулся, хватая ртом воздух. Ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Он огляделся, потом проверил мониторы. Ничего.

Но на столе снова лежала кукла.

Он взял её в руки и улыбнулся.

– Опять ты? – спросил Стэнли. Его голос становился всё более хриплым. – Откуда ты взялась? Кто-то со мной играет в игры?

Может быть, у него появилась тайная поклонница? Нет, эту мысль он сразу отмёл как нелепую. Что за странная тайная поклонница будет оставлять тебе кукол-балерин? Таких поклонниц ему точно не надо. Он наклонил куклу, чтобы она заговорила.

– Ты нам нравишься! – прощебетала она счастливым детским голоском.

– Ты мне тоже нравишься, маленькая куколка, – сказал Стэнли. – Не знаю, почему, но нравишься.

Может быть, говорящая кукла в этом странном офисе играла ту же роль, что телевизор для тех людей, которые вообще не выключают его? Шум напоминает, что ты не один в этом мире – даже когда тебе так не кажется. Печально, но понятно. Мир – одинокое место.

Он снова перевернул куклу.

– Возьми меня к себе домой, – сказала она.

– Ну, я хотел забрать тебя домой вчера, но когда проснулся, ты пропала. Упустила свой шанс, да? Ты вообще чья? – Он наклонил куклу.

– Возьми меня к себе домой.

– Может быть, ты принадлежишь дочке какого-нибудь ещё здешнего работника. Я не хочу воровать игрушки у детей. Тебе лучше будет в компании маленькой девочки, чем со мной.

Наклон.

– Возьми меня к себе домой, – опять повторила кукла.

Как жаль, что настоящие женщины не напрашиваются к нему так настойчиво.

– Какая-нибудь девочка очень расстроится, если её кукла пропадёт. А я большой взрослый дядька. Мне куклы ни для чего не нужны.

Почему он тогда говорит с этой куклой так, словно она его понимает, хотя горло болит всё сильнее от каждого слова? Должно быть, от этого вируса, или чем он там заразился, у него стало с головой не всё в порядке. Тем не менее он снова наклонил куклу, чтобы выслушать её.

– Возьми меня к себе домой. – Это уже звучало не мило, а раздражающе.

Он положил куклу на стол.

– Ладно, ладно. Если ты останешься сидеть на этом столе, пока не закончится моя смена, я заберу тебя домой. Но сейчас мне пора спать. Спокойной ночи.

Он откинулся в кресле и снова задремал.

…Стэнли опаздывал на работу. Он пытался собраться, но его большие толстые пальцы были слишком неуклюжими, и он не мог ни застегнуть рубашку, ни завязать ботинки. Ему нужна помощь, но он совсем один. Наконец, понимая, что он жутко опоздает, если не выйдет прямо сейчас, Стэнли выбежал на улицу прямо так, в незастёгнутой рубашке и с развязанными шнурками. Но, оглядевшись, он вообще не узнал своего района. Где «Деликатесы Гринблатта»? Где «Голландская химчистка»? Он посмотрел на уличный указатель и увидел, что названия улиц изменились. Вместо «Форрест-авеню» там было написано «Фазбер-авеню». Это казалось сущей бессмыслицей, но он потерялся. Как можно потеряться в десяти шагах от собственного дома?