Читаем 1:35 ночи полностью

Глен был огромных размеров; фартук на его животе иногда даже загорался, когда нависал над плитой. Несмотря на габариты, он был весьма энергичен. Делайле казалось, что он ещё довольно молод, ему, может быть, лет под тридцать. У него было детское лицо, бакенбарды до самого подбородка и добрые карие глаза. Ей нравилось с ним работать.

Три часа и тридцать девять минут Делайла чувствовала себя превосходно. Она болтала со всеми вечерними завсегдатаями и даже позволила паре старичков пофлиртовать с ней. Она спокойно отнеслась даже к парочкам, приходившим после вечерних концертов и спектаклей, хотя раньше, видя их, чувствовала себя ужасно одинокой.

В 1:34 ночи Делайла вошла в кладовую-холодильник, чтобы взять сыр и листья салата. Салаты сегодня почему-то шли особенно хорошо.

Она наклонилась, чтобы достать с полки сыр чеддер, и тут услышала в кухне сигнал. Выпрямившись, она ударилась головой о верхнюю полку. Не обращая внимания на боль, она посмотрела на часы. 1:35.

Выскочив из холодильника, Делайла волчком завертелась по кухне.

– Откуда это слышится? – закричала она.

Глен, стоявший у гриля, повернулся к ней. Джеки, ночная официантка, уронила пустой поднос и уставилась на Делайлу, широко раскрыв синие глаза.

– Откуда слышится… что? – спросил Глен.

– Это!

Сигнал очень напоминал пыточное устройство, которым пользовался Джеральд. Такой же назойливый звон, жужжание и визг, слитые воедино в одном звуке.

Делайла бросилась к фритюрнице и посмотрела на её ручки управления. Нет, это не она. Потом повернулась к духовкам – но они не были даже включены. Тогда она бросилась в комнату отдыха. Нет, звук доносится и не оттуда. Он звучит на кухне. Делайла вернулась в лабиринт из нержавеющей стали и начала копаться в кастрюлях, сковородках и утвари. Ни аккуратностью, ни методичностью её поиски не отличались, и, когда она швырнула на пол уже третью кастрюлю, Глен схватил её за руку.

– Эй, леди Делайла, ты что, под кайфом?

– Что? – Делайла вырвала руку. – Нет. Ты не слышишь?..

Звук прекратился. Делайла склонила голову и прислушалась, но сейчас её окружали лишь нормальные звуки кафе.

Она посмотрела на Глена, потом на Джеки – та до сих пор таращилась на неё так, словно Делайла прямо у неё на глазах превратилась в слона.

– Вы двое этого не слышали? – спросила она.

– Мы слышали, как ты орала и швырялась кастрюлями, – ответил Глен.

Делайла посмотрела на Джеки. Та была на два года моложе Делайлы и ещё не решила, что ей делать со своей жизнью; Джеки носила ярко-синие очки, и в них её широко раскрытые от удивления глаза казались ещё более огромными.

Джеки покачала головой.

– Я ничего не слышала. Ну, м-м-м, кроме тебя, м-м-м, и обычных, м-м-м, звуков.

Этого не может быть.

Как Элла смогла последовать за Делайлой сюда?

Но, с другой стороны, а почему она не могла последовать за Делайлой сюда? Элла разве не показала, что может делать практически всё, что ей вздумается?

Это безумие. Это же просто неправильно работающая программа. Правильно?

– Ты в порядке? – спросил Глен.

Делайла потрясла головой.

– Ага.

И она решила, что это действительно так. В конце концов, ей хотя бы не нужно пытаться уснуть, когда её сердце колотится так громко, что Глен и Джеки – она была в этом совершенно уверена – слышат его стук и лишь из вежливости ничего не говорят.

Итак, план не сработал, но, по крайней мере, сейчас она сможет воспользоваться адреналиновым скачком энергии, чтобы работать, а не бороться с ним в попытках уснуть. И может быть, завтра ночью, раз уж она готова к сигналу тревоги, она сможет просто проигнорировать его и спокойно работать дальше. Может быть, новый план всё-таки сработает.

Во вторую ночную смену Делайла решила не оставаться одна в 1:35 ночи. Она держалась поближе к Глену; тот, похоже, не возражал. Но, несмотря на то что он был рядом, она всё равно сорвалась.

Она не смогла сдержаться. Сегодня она впервые не просто услышала или почувствовала что-то. Она что-то увидела. Что-то ярко-синее мелькнуло в кладовой-холодильнике, когда Джеки открыла дверь. Делайла была уверена, что это Элла выходит из холодильника, так что закричала и прижалась к Глену. Против этого он тоже не возражал, хотя и спросил, почему она кричит. Она не знала, что ему ответить.

На третий день ночных смен Делайла в 1:30 стояла за прилавком. Она решила, что, если держаться на людях, подальше от кладовой-холодильника, её точно никто не сможет напугать.

Когда в кафе вошла миссис Джеффри, та самая любительница рисового пудинга, Делайла очень обрадовалась. Она обслужит миссис Джеффри, и 1:35 ночи пройдёт в делах.

– Привет, Делайла.

Миссис Джеффри присела на шаткий высокий стульчик возле прилавка. Её глаза были припухшими.

Делайла облокотилась на прилавок.

– Здрасьте, миссис Джеффри. Не можете уснуть?

Миссис Джеффри потрепала свои взъерошенные волосы.

– А что, это не очевидно? Надеюсь, у вас ещё остался рисовый пудинг?

– Конечно. Я просто…

Делайла запнулась и оглянулась через плечо. Потом посмотрела на часы. 1:33.

Где Джеки?

Нет уж, Делайла больше в холодильник не пойдёт. Элла уже наверняка ждёт её там.