Минут через тридцать, когда проводница окончательно убедилась в нашем праве занимать места и, получив заказ на два чая с лимоном, удалилась, Владимир достал из портфеля нарезку твердокопчёной колбасы, по виду – брауншвейгской, упаковку «Бурже» и банку греческих маслин. Финальным аккордом стала извлеченная жестом фокусника бутылка Буляр X.O. и, в дополнение к ней, две допотопные рюмки с потертыми золотистыми ободками по краям, никак не вяжущиеся своим внешним обликом с благородным напитком.
— Прошу без лишнего стеснения, — веско сказал сосед, решительно сворачивая бутылке голову и ловко наполняя рюмашки. — Если нет медицинских противопоказаний, конечно. Воспользуемся отсутствием дам.
РџРѕ РєСѓРїРµ поплыла ароматная симфония лёгких коньячных РЅРѕС‚ СЃ отчётливым яблочным оттенком. РЇ СЃ благодарностью улыбнулся РіРѕСЃРїРѕР¶Рµ Удаче. Р’РѕС‚ СѓР¶Рµ РіРѕРґР° РґРІР° как Сѓ меня длился «кальвадосный период» Рё СЏ, перебрав несколько вариантов, пришёл РІ итоге Рє плотной РґСЂСѓР¶Р±Рµ именно СЃ этим сортом. Р